Издание The Guardian составило список лучших книг о Боге. Топ-10 опубликован в среду, 6 декабря. Нужно отметить, что в рейтинг не попали Ветхий Завет и Коран.

Евангелие (перевод на английский язык – Ричмонд Латтимор)

Lattimore New TestamentРейтинг возглавило Евангелие, переведенное на английский язык американским поэтом Ричмондом Латтимором. Критики отметили, что в его переводе расценивают произведение как художественный роман, а не как религиозную работу.

 

 

 

Братья Карамазовы, Федор Достоевский

Братья Карамазовы, Федор ДостоевскийПоследний, самый объемный и один из наиболее известных романов Ф.М. Достоевского обращает читателя к вневременным нравственно-философским вопросам о грехе, воздаянии, сострадании и милосердии. Книга, которую сам писатель определил как «роман о богохульстве и опровержении его», явилась попыткой «решить вопрос о человеке», «разгадать тайну» человека, что, по Достоевскому, означало «решить вопрос о Боге». Сквозь призму истории провинциальной семьи Карамазовых автор повествует об извечной борьбе Божественного и дьявольского в человеческой душе. Один из самых глубоких в мировой литературе опытов отражения христианского сознания, «Братья Карамазовы» стали в ХХ веке объектом парадоксальных философских и психоаналитических интерпретаций.

Россказни Роджера, Джон Апдайк

Россказни Роджера, Джон АпдайкБог все-таки ЕСТЬ?!
По меньшей мере это пытается доказать с помощью своего компьютера программист-виртуоз…
По крайней мере в этом он пытается убедить мужа своей любовницы — профессора богословия…
«Я мыслю, следовательно, я существую?»
«Верую, ибо это абсурдно?»
Что-то еще?

 

Силы земли, Энтони Берджесс

Силы земли, Энтони БерджессIn Earthly Powers Burgess created his masterpiece. At its center are two twentieth-century men who represent different kinds of power—Kenneth Toomey, a past-his-prime author of mediocre fiction, a man who has outlived his contemporaries to survive into, bitter, luxurious old age, living in self-exile on Malta; and Don Carlo Campanati, a man of God, eventually of church revolution and a candidate for sainthood beloved Pope, who rises through the Vatican as a shrewd manipulator to become the architect.
Through the lives of these two modern men Burgess explores the very essence of power in a narrative that spans from Hollywood, to Dublin, Nairobi, Paris, and beyond.

Время ангелов, Айрис Мердок

Время ангелов, Айрис Мердок“Время ангелов” – роман о жизни без Бога, о жизни, когда “распалась связь времен”, когда люди не слышат и не понимают друг друга.
Глава семьи Карл, его дочь и племянница, чернокожая служанка Пэтти, привратник Евгений Пешков и его сын Лео – у каждого из этих персонажей своя драма, и Мердок, подобно умелому режиссеру, направляет луч прожектора то на одного, то на другого, чтобы донести эту драму до читателя.

 

Последнее искушение Христа, Никос Казандзакис

Последнее искушение Христа, Никос Казандзакис4В 1954 году, когда роман “Последнее искушение” вышел в свет, его автор Никос Казандзакис был уже в зените славы. Европейскую известность Казандзакису принесли романы “Алексис Зорба”, “Христа распинают вновь”, “Капитан Михалис”, но особое место в его творчестве занимает “Последнее искушение” – своеобразный итог религиозно-философских поисков писателя. В этом романе Казандзакис, испытавший в молодости влияние Ницше и Бергсона, переживший увлечение буддизмом и вдохновленный идеями раннего аскетического христианства, дал свою, отличную от канонической, трактовку образа Христа. Отрицательно встреченный римско-католической церковью, роман был сразу занесен в список запрещенных книг. Спустя 30 лет о Казандзакисе и его романе заговорили снова в связи с выходом на экраны фильма Мартина Скорсезе “Последнее искушение Христа”.

Удача Оменсеттера, Уильям Говард Гэсс

Удача Оменсеттера, Уильям Говард ГэссПризнанный шедевром, сразу же после первой публикации в 1966 году, «Удача Оменсеттера» – это ловкая, впечатляющая и захватывающая оригинальная история о обычном сообществе, окутанном присутствием необыкновенного человека. Происходящий в небольшом городе Огайо в 1890-х годах, он фиксирует – посредством голосов разных участников и наблюдателей – конфронтацию между Брэкеттом Оменсеттером, человеком с сверхестественной добротой, и преподобным Джеро Фербергом, сумасшедшим проповедником с склонностью к вспышкам ярости. “Удача Оменсеттера” дотошно воплощает в жизнь определенное время и место, поскольку она освещает вневременные вопросы о жизни, любви, добре и зле.
К сожалению, роман пока не переведен на русский язык.

Шпиль, Уильям Голдинг

Шпиль, Уильям ГолдингРоман “Шпиль” Уильяма Голдинга является, по мнению многих критиков, кульминацией его творчества как с точки зрения идейного содержания, так и художественного творчества. В этом романе, действие которого происходит в английском городе XIV века, реальность и миф переплетаются еще сильнее, чем в “Повелителе мух”. В “Шпиле” Голдинг, лауреат Нобелевской премии, еще при жизни признанный классиком английской литературы, вновь обращается к сущности человеческой природы и проблеме зла.

 

Лавр, Евгений Водолазкин

ЛаврЕвгений Водолазкин – филолог, специалист по древнерусской литературе, автор романа «Соловьев и Ларионов», сборника эссе «Инструмент языка» и других книг.
Герой нового романа «Лавр» – средневековый врач. Обладая даром исцеления, он тем не менее не может спасти свою возлюбленную и принимает решение пройти земной путь вместо нее. Так жизнь превращается в житие. Он выхаживает чумных и раненых, убогих и немощных, и чем больше жертвует собой, тем очевиднее крепнет его дар. Но возможно ли любовью и жертвой спасти душу человека, не сумев уберечь ее земной оболочки?

Хорошего человека найти нелегко, Фланнери О’Коннор

О’Коннор, безусловно, одна из самых больших писателей XX в., описывала странную жизнь американского Юга с его часто экстравагантными формами религиозности (ей, католичке, «пришлось» описывать этих «безумных протестантов»). Прозу О’Коннор ни с чем не спутаешь: блестящая с литературной точки зрения она описывает как бы всё одно: безысходную жизнь нищих, потерявшихся людей; христианство как жестокое или пустое фарисейство или как чистая вера, часто юродство… Всё же, несмотря на крайнюю трагичность и отчаяние своей прозы, О’Коннор как-то удается, незаметно «поставить» свой рассказ в Свет Божий; и чувство трагедии, беспросветности человеческой жизни перерастет во что-то, что трудно определить, но что-то, без сомнений, христианское по духу.О’Коннор, безусловно, одна из самых больших писателей XX в., описывала странную жизнь американского Юга с его часто экстравагантными формами религиозности (ей, католичке, «пришлось» описывать этих «безумных протестантов»). Прозу О’Коннор ни с чем не спутаешь: блестящая с литературной точки зрения она описывает как бы всё одно: безысходную жизнь нищих, потерявшихся людей; христианство как жестокое или пустое фарисейство или как чистая вера, часто юродство… Всё же, несмотря на крайнюю трагичность и отчаяние своей прозы, О’Коннор как-то удается, незаметно «поставить» свой рассказ в Свет Божий; и чувство трагедии, беспросветности человеческой жизни перерастет во что-то, что трудно определить, но что-то, без сомнений, христианское по духу.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here